На минувшей неделе журналисты корпоративных, городских и областных СМИ стали участниками пресс-тура на ОАО "УЭХК"
На этот раз в центре внимания прессы - тема хранения радиоактивных отходов (РАО) и, как следствие, проблемы безопасности комбината в обращении с РАО.
Учитывая значимость вопроса, к участникам пресс-тура присоединились
депутаты Думы НГО Сергей Бессонов и Алексей Шеховцов.
КАМУФЛЯЖ - И НИЧЕГО "ЛИШНЕГО"...
...Поначалу всё как во время предыдущего пресс-тура: комфортабельный автобус, проходная с предъявлением пропусков и паспортов, строгая сверка со списками участников, недолгое путешествие по лабиринтам территории комбината. Но на этот раз курс - цех 70. - Наш химико-металлургический - один из пяти основных цехов комбината, - встречает делегацию дилетантов начальник цеха Юрий Лебединский. - Мы занимаемся переработкой урановых отходов, которые образуются в процессе разделения изотопов урана на комбинате. Основная задача коллектива - извлечь уран и вернуть его в производство, а остальные отходы довести до кондиции хранения.
Как выясняется, до этой кондиции отходы доводят на участке № 2, куда мы и прибыли: он - завершающее звено в технологической цепочке цеха 70. Здесь отходам "выносят" два типа "приговоров": спрессовать или сжечь. Но перед тем, как пустить вездесущих журналистов в святая святых, - инструктаж и... маскировка.
- Если услышите звук аварийной сирены, все бегите за мной: мы должны покинуть участок, - инструктирует его начальник Юрий Скосырский. - Но я уверен на 99,9 процента - этого не произойдет. А чтобы вы не "унесли" с собой "ничего лишнего", переоденьтесь.
Облачаемся во все бело-синее - халаты, шапочки, перчатки, бахилы - ну впрямь как хирурги перед операцией. Только наши одеяния должны защитить не больного, а нас - от альфа-излучения, свойственного ядерным отходам.
На участке нам показывают уникальную печь. "Подобного оборудования в России больше нет, оно работает надежно и качественно", - комментирует Юрий Лебединский. И поясняет, что в топку для утилизации идут спецодежда, спецобувь, перчатки, диэлектрические изделия, резиновые прокладки, шланги, респираторы цехов РП и другие сгораемые радиоактивные отходы. При этом продукты сгорания проходят пятиступенчатую (!) очистку.
А вот твердые радиоактивные отходы на установке прессования компактируются в металлические бочки. И прежде чем они отправятся на пункт хранения твердых радиоактивных отходов (ПХТРО), каждая бочка на специальной установке проходит проверку на радиоактивность и "получает" паспорт.
- Опасного ничего нет, - авторитетно заверяет Юрий Лебединский. - На комбинате в основном низкоактивные отходы (среднеактивных - не более трех процентов). Кроме того, УЭХК взят курс на уменьшение радиоактивных отходов. Пока же ежегодно образуется до 500 кубических метров отходов. Но с установкой нового оборудования эта цифра из года в год снижается: 2010 год - 560 кубов, 2011-й - уже 425.
Но больше всего журналистов поразили две цифры: благодаря новым технологиям при прессовании объёмы твердых отходов уменьшаются в 10 раз, при сжигании - в 150 раз!
Выйдя из роли "ядерных хирургов" (сняв бело-синий камуфляж), направляемся к одноэтажному зданию: здесь располагается аварийная служба с арсеналом необходимой техники и экипировки спасателей. "При перевозке ядерных материалов по дорогам общего пользования могут возникнуть нештатные ситуации. Наши бойцы готовы ликвидировать любые нарушения", - комментирует директор разделительного производства
депутаты Думы НГО Сергей Бессонов и Алексей Шеховцов.КАМУФЛЯЖ - И НИЧЕГО "ЛИШНЕГО"...
...Поначалу всё как во время предыдущего пресс-тура: комфортабельный автобус, проходная с предъявлением пропусков и паспортов, строгая сверка со списками участников, недолгое путешествие по лабиринтам территории комбината. Но на этот раз курс - цех 70. - Наш химико-металлургический - один из пяти основных цехов комбината, - встречает делегацию дилетантов начальник цеха Юрий Лебединский. - Мы занимаемся переработкой урановых отходов, которые образуются в процессе разделения изотопов урана на комбинате. Основная задача коллектива - извлечь уран и вернуть его в производство, а остальные отходы довести до кондиции хранения.
Как выясняется, до этой кондиции отходы доводят на участке № 2, куда мы и прибыли: он - завершающее звено в технологической цепочке цеха 70. Здесь отходам "выносят" два типа "приговоров": спрессовать или сжечь. Но перед тем, как пустить вездесущих журналистов в святая святых, - инструктаж и... маскировка.- Если услышите звук аварийной сирены, все бегите за мной: мы должны покинуть участок, - инструктирует его начальник Юрий Скосырский. - Но я уверен на 99,9 процента - этого не произойдет. А чтобы вы не "унесли" с собой "ничего лишнего", переоденьтесь.
Облачаемся во все бело-синее - халаты, шапочки, перчатки, бахилы - ну впрямь как хирурги перед операцией. Только наши одеяния должны защитить не больного, а нас - от альфа-излучения, свойственного ядерным отходам.
На участке нам показывают уникальную печь. "Подобного оборудования в России больше нет, оно работает надежно и качественно", - комментирует Юрий Лебединский. И поясняет, что в топку для утилизации идут спецодежда, спецобувь, перчатки, диэлектрические изделия, резиновые прокладки, шланги, респираторы цехов РП и другие сгораемые радиоактивные отходы. При этом продукты сгорания проходят пятиступенчатую (!) очистку.А вот твердые радиоактивные отходы на установке прессования компактируются в металлические бочки. И прежде чем они отправятся на пункт хранения твердых радиоактивных отходов (ПХТРО), каждая бочка на специальной установке проходит проверку на радиоактивность и "получает" паспорт.
- Опасного ничего нет, - авторитетно заверяет Юрий Лебединский. - На комбинате в основном низкоактивные отходы (среднеактивных - не более трех процентов). Кроме того, УЭХК взят курс на уменьшение радиоактивных отходов. Пока же ежегодно образуется до 500 кубических метров отходов. Но с установкой нового оборудования эта цифра из года в год снижается: 2010 год - 560 кубов, 2011-й - уже 425.
Но больше всего журналистов поразили две цифры: благодаря новым технологиям при прессовании объёмы твердых отходов уменьшаются в 10 раз, при сжигании - в 150 раз!
Выйдя из роли "ядерных хирургов" (сняв бело-синий камуфляж), направляемся к одноэтажному зданию: здесь располагается аварийная служба с арсеналом необходимой техники и экипировки спасателей. "При перевозке ядерных материалов по дорогам общего пользования могут возникнуть нештатные ситуации. Наши бойцы готовы ликвидировать любые нарушения", - комментирует директор разделительного производства
ОАО "УЭХК" Вадим Раёв. 30 аттестованных спасателей - это работники различных подразделений комбината, каждый год они проходят обучение и готовы действовать в условиях и зимы, и лета.
- А завозит ли комбинат радиоактивные отходы из-за рубежа? - депутат Алексей Шеховцов задал наконец вопрос, который не давал ему покоя.
- Радиоактивные отходы УЭХК никогда не принимал и принимать не будет, - дал однозначный ответ Вадим Раёв.
Вадим Васильевич рассказал, что в настоящее время спроектирован новый приповерхностный пункт захоронения радиоактивных отходов (ППЗРО), удовлетворяющий самым современным требованиям безопасности. Он будет использоваться только для отходов самого комбината. (Имеющийся склад отходов комбината заполнен.) Начато строительство первой очереди, на которую комбинат направит около 1 млрд. (!) рублей. Сдача первой очереди планируется в декабре 2013 года. Полезная площадь - 20 тысяч кубометров, которых должно хватить на ближайшие 20 лет. Хотя комбинатом, повторимся, взят курс на уменьшение радиоактивных отходов.
Итоги пресс-тура стороны подводили за круглым столом, сидя в музее комбината за чашкой чая. Участники сошлись во мнении, что все страхи и опасения людей - от незнания истинного положения вещей. Депутаты Думы НГО предложили провести череду подобных туров на комбинат для представителей городской общественности - "ради лучшего взаимопонимания". Ну а журналисты охотно подхватили идею, зная, как важна для читателей правдивая информация о секретном производстве.
ОТХОДЫ ОТХОДАМ РОЗНЬ
Прибываем на склад, где в металлических емкостях, напоминающих железнодорожные цистерны, хранится гексафторид урана. Под открытым небом их - десятки и десятки (на верхнем снимке). "Гексафторид урана - это природный материал, сырье для нашего производства, - поясняет Вадим Раёв. - Его доставка ведется железнодорожным транспортом из стран Европы и США. В цехах комбината обедненный гексафторид урана обогащается и отправляется для производства топлива на АЭС, в том числе обратно за рубеж. Для УЭХК это - серьезный бизнес. А заработанные средства комбинат направляет на модернизацию и реконструкцию производства".- А завозит ли комбинат радиоактивные отходы из-за рубежа? - депутат Алексей Шеховцов задал наконец вопрос, который не давал ему покоя.
- Радиоактивные отходы УЭХК никогда не принимал и принимать не будет, - дал однозначный ответ Вадим Раёв.
Вадим Васильевич рассказал, что в настоящее время спроектирован новый приповерхностный пункт захоронения радиоактивных отходов (ППЗРО), удовлетворяющий самым современным требованиям безопасности. Он будет использоваться только для отходов самого комбината. (Имеющийся склад отходов комбината заполнен.) Начато строительство первой очереди, на которую комбинат направит около 1 млрд. (!) рублей. Сдача первой очереди планируется в декабре 2013 года. Полезная площадь - 20 тысяч кубометров, которых должно хватить на ближайшие 20 лет. Хотя комбинатом, повторимся, взят курс на уменьшение радиоактивных отходов.
Итоги пресс-тура стороны подводили за круглым столом, сидя в музее комбината за чашкой чая. Участники сошлись во мнении, что все страхи и опасения людей - от незнания истинного положения вещей. Депутаты Думы НГО предложили провести череду подобных туров на комбинат для представителей городской общественности - "ради лучшего взаимопонимания". Ну а журналисты охотно подхватили идею, зная, как важна для читателей правдивая информация о секретном производстве.
Жанна АПАКШИНА
Фото Евгения БОРОВКОВА
На снимке: Алексей Шеховцов (слева) и Сергей Бессонов (справа) "экзаменуют" директора разделительного производства ОАО "УЭХК" Вадима Раёва