Знаете ли вы, дорогие читатели, что такое Синявинские высоты?
Это гряда небольших холмиков высотой 20-50 метров в торфяных болотах близ деревни Синявино под Ленинградом. В сентябре 1941 года фашисты создали на этих возвышенностях систему оборонительных сооружений. Многочисленные доты, вкопанные танки, "лисьи норы" - укрытия для солдат, погребки с большим количеством боеприпасов - все говорило о том, что противник собирался воевать здесь долго и упорно. С этих высот немцы обстреливали Дорогу жизни на Ладоге и железную дорогу, связавшую Ленинград со страной.
Фронт в Синявинских болотах был самым страшным из всех. Но именно на высотах и в болотах у Синявино решалась судьба города - умирающего голодной смертью растерзанного Ленинграда...
Шел ноябрь 42-го года. В продуваемых ветрами теплушках необстрелянные курсанты военных училищ, которым показали основы рукопашного боя и научили стрелять из винтовки и миномета, через всю страну эшелонами ехали на Ленинградский фронт. Они были пополнением воинских частей и подразделений, личные составы которых остались лежать в Синявинских болотах.
В одной из таких теплушек навстречу своей судьбе ехал Николай Останин. Через месяц ему исполнится девятнадцать. Вспоминал свою деревню Порошево в Пермской области, где остались мама и пятеро малолетних братьев и сестер. Вспоминал, как в 14 лет уехал учиться в огромный незнакомый Свердловск в машиностроительный техникум, год не доучился - началась война. Отца вспоминал, добровольцем ушедшего на фронт, его наказ-напутствие: "Учись, сынок, ты должен стать образованным человеком". Где-то он теперь, писал, что воюет на Волховском фронте, вот бы свидеться. Потом вытаскивал из вещмешка... учебник по математике и начинал решать задачки. "Я должен доучиться", - говорил он себе.
В Ленинград добирались ночью по Дороге жизни. Сначала охраняли побережье Ладожского озера, а в январе 1943-го пешком по болотам двинулись в район Синявино. Было видно, что склоны высот устланы трупами солдат, которых не успели похоронить, они лежали на снегу как живые. В траншеях то тут, то там торчали части человеческих тел: где спина, где сплющенное лицо, где кисть руки. Думалось, возможно, завтра вот так же самому придется лежать на снегу... Свой первый бой на Синявинских высотах Николай Трофимович Останин до сих пор помнит в мельчайших подробностях: мороз, удушающе горят штабеля торфа, окопаться не успели, поэтому минометы ставили прямо на лед. Он проламывался, затягивая в болотную трясину и людей, и минометы. Недолет-перелет. Гимнастерка и штаны заскорузли от крови и грязи. Помнит первую увиденную смерть. Рядом лежит такой же, как он, из живота, пульсируя, выбивается кровь, бледные губы еще несколько минут шепчут: "Помоги".
О твоеванные позиции удержали. В этом первом штурме он был ранен в голову и руку, но остался в строю. Раз в неделю отводили на пополнение и снова на Ленинградский фронт. Не знал тогда Николай Останин, что совсем рядом, 15 километров, не больше, в составе Волховского фронта ему навстречу пробивался отец. В октябре 43-го Николай Трофимович получил сразу несколько тяжелых ранений. После операции в полевых условиях три месяца пролежал в гипсе, потом заново учился ходить. Долечивался в госпитале в Ленинграде, который фашисты продолжали бомбить. Случайно узнал, что здесь же, в Ленинграде, в одном из госпиталей находится его отец. Они встретились через три с половиной года. Полтора часа длилась эта встреча, полтора часа двое взрослых мужчин сидели, обнявшись, не пряча от окружающих своих слез.
В этих боях местного значения в районе Синявино погибло 360 тысяч советских солдат. Благодаря их мужеству фашистская Германия вместо того, чтобы перебрасывать резервы на Курскую дугу, угробила их на Синявинских высотах. Для поколения наших ветеранов жизнь делится на два периода: до весны 1945-го и вся оставшаяся жизнь.
В 1944 году Николая комиссовали, признали инвалидом и отправили домой. Отец вернулся в мае 1946-го. После войны Николай Трофимович Останин окончил четвертый курс техникума, работал на радиозаводе в Екатеринбурге. В 1947-м похоронил отца. И как бы ни было трудно, уже в 27 лет осознанно начал учиться в УПИ на физико-техническом факультете. Он убежден: не следует жаловаться по пустякам и разменивать на мелочи свою жизнь, ведь это такое счастье - жить без войны.
Николай Трофимович пришел на УЭХК в 32 года, начинал инженером-конструктором в отделе 15, позднее в объекте 17 занимался разработкой электронных приборов, а когда предложили стать руководителем группы спектрального анализа в отделе 16, не раздумывал ни дня. Занимался научно-исследовательской работой, на его счету - более 20 рационализаторских предложений и как следствие - защита диссертации. В 59 лет он стал кандидатом технических наук. Жалел только об одном: рано умер отец, так и не узнав, что сын выполнил его наказ.
39 лет отдал Николай Трофимович комбинату, положил начало династии Останиных. Самой ценной семейной реликвией для сыновей и внуков являются его награды: орден Славы III степени, орден Отечественной войны, медаль "За оборону Ленинграда", медаль Жукова, юбилейные медали "За Победу в Великой Отечественной войне". Символично, что сегодня один из сыновей Николая Трофимовича живет в Ленинграде, городе, который когда-то отстоял его отец.
Уважаемый Николай Трофимович! Спасибо за ратный подвиг и ратный труд! Благодаря вам не обмелела еще река нашей памяти и не прервалась связь поколений! В юбилейный день рождения мы желаем вам здоровья, хорошего настроения, любви близких и дорогих людей!
Лилия НЕФЁДОВА
На снимке: Николаю Останину 20 лет
Фото из семейного архива ветерана