В небольшом помещении опорного пункта участковых Паркового района голос старшего инспектора Татьяны Пантелеевой звучит внушительно. Осматриваюсь, пока она разговаривает по телефону. На столе - цветок в горшке. На стене - православный календарь с ликом Богородицы и ориентировки розыска. Несколько часов нам вместе жить в этом кабинете, поскольку мы - участники всероссийской акции "Один день участкового уполномоченного полиции".
14.40. Сорок минут назад участковые Новоуральска получили в Управлении вводную и отправились на свои территории, на службу с 14.00 до 23.00. Мы с майором Пантелеевой - в Парковый район, в опорный пункт на Фурманова, 39. Если кто не знает, Фурманова, 39 - особый дом. Ещё в советские времена всё, что можно было встретить асоциального, встречалось в этом доме. Сюда по разным причинам попадали и попадают те, кто отсидел своё и вышел: жена или родственники квартиру за время отсидки продали или разменяли, а "сидельцу" приобрели что похуже. Здесь же и те, кто по пьянке продал прежнее жильё и съехал сюда. Такие же и гости. Поэтому поначалу представить, как здесь работает эта молодая женщина с ясными глазами, просто не мог.
15.20. Ноги в руки. Под мышку - соответствующие документы. На поясе у Татьяны - пистолет Макарова с двумя обоймами. Идём по дому проверять контингент, состоящий на учёте. Разбитые косяки, давно выбитые стёкла коридорных дверей на этажах. Облупившиеся и исписанные стены. Сумрак. Подходим к одной из дверей, а Татьяна рассказывает, к кому это мы: "Статья 105 УК РФ - убийство. Отсидел. Открытая форма туберкулёза. Недавно пролечился..."
- Здравствуйте! Побеспокоить можно?
- Да, пожалуйста! - мужчина приглашающе отступает внутрь квартиры. Внутри о великой и прекрасной Олимпиаде в Сочи бухтит большой телевизор. На диване - женщина. В остальном всё скромно.
- Как дела, всё хорошо?
Выяснив у хозяина, как работа и здоровье, старший инспектор переходит к гостье.
- Как вас зовут? Год рождения? Регистрация в городе есть? Нет! И что? Будем сидеть и ждать, пока соцзащита всё сделает? Ещё раз здесь без регистрации увижу - заплатишь штраф. Витька-то где? - это уже к хозяину вопрос.
- Да бичует где-то...
15.45. В следующей квартире понимаю, что "бичует" можно сказать не только про бродягу Витьку - в тёплый сезон многие подолгу не появляются в своих квартирах.
- Здравствуйте, Сергея можем увидеть? - за дверью женщина очень неопределённого возраста, жуткий запах и дым коромыслом. - Спит?
Входим. За выцветшими шторками в комнате жизнь бьёт ключом: в обшарпанной комнате на древнем диване - полупарализованный мужчина, у изголовья - столик с настойкой боярышника, на разливе - некто в шапке с мрачным взглядом.
Сергей обнаруживается за занавеской в соседней комнатушке, больше похожей на заброшенную грязную кладовку. Он спит на полу и на призывы Пантелеевой встать что-то коротко мычит, поглубже зарываясь в ворох одеял.
- Вы его не трогайте, - говорит та самая женщина неопределённого возраста, оказавшаяся его мамой. - Он обожжён, да ещё с третьего этажа падал.
Узнав, что домой этот бродяга заходит редко, Татьяна предупреждает:
- Как в себя придёт, пусть сразу ко мне зайдёт.
16.10. Безуспешно настучавшись еще в пару квартир, возвращаемся к опорному пункту. Возле него небольшая тусовка - две женщины и мужчина в пятнистом рыбацком бушлате.
- Гражданин майор, когда новую-то дырочку на погонах будете сверлить? - "рыбак" улыбается открыто и слегка пьяно. Видно, что ему по душе участковый, он искренне рад, что в его доме вот такой полицейский.
- Неужели такой хороший участковый?! Никаких жалоб? - спрашиваю.
- Да ты что! - вскидывается "рыбак", возмущённо округляя глаза. - Никаких! Она порядочная. Она к нам знаешь как относится? Бережно и внимательно, - он тянет палец вверх.
15 из 42 участковых Новоуральска - женщины.
16.20. Возвращаемся в кабинет участковых. Татьяна - заполнять многочисленные кипы документов и обзванивать подопечных. Я - отвлекать разговорами.
- Татьяна, у вас тут и контингент особый, и специфика, и острая нехватка в штате участковых, а значит, и работы невпроворот. Не понимаю, как удаётся выживать, отдыхать?
Оторвавшись от документов, она смотрит и улыбается как-то грустно.
- Я уже десять с половиной лет в участковых. Тяжело. Вот сейчас после отпуска, так что работаю на подъеме. А дальше... Реабилитация? Ну какая реабилитация, разве только выезд на природу. Когда выходной и время есть, с сестрой выезжаем на природу. Тишина, лес, берег озера, костерок - это более-менее какая-то релаксация. В театр? Хотела бы сходить, но ведь я даже запланировать это не могу. Элементарно не знаю, во сколько домой приду. Всю весну, лето и осень - допоздна. Домой - в час, полвторого ночи. Бывает, только приду, умоюсь, звонят: срочно приходи! Иду. А с утра - снова на работу. Иногда в выходные даже из дома неохота выходить. Быстренько в магазин - и обратно. Но город-то маленький, меня все знают, я - всех. Идёшь в гражданской одежде, а люди всё равно подходят с вопросами, проблемами. Говорю: ну дайте хотя бы отоспаться. Нет, ну вы мне помогите, отвечают, а потом спите. Конечно, я не отказываю, и сотовый у меня один для всех, но я же тоже человек, мне тоже иногда спать хочется. Давно хочу уйти из участковых, но пока - увы…
16.40. Татьяна общается с одним из подопечных по телефону. А я листаю журнал с отзывами "клиентов" участковых. "Очень доволен работой участковых Картузова и Галкина, которые приструнили всех алкашей и хулиганов. А. Грачёв".
Часов в шесть вечера сбегаю из опорного пункта. Позорно. Потому что я иду домой - ужин, отдых, крепкий сон. А Татьяне до полуночи ещё работать "с алкашами и хулиганами", оберегая сон таких, как я. Так что мне немного стыдно. Как и за то, что реформа МВД вышла корявой, обернувшись во многом оптимизацией штатов и появлением такого странного требования, как обязательное высшее юридическое образование у участкового. Нет юридической "вышки", то будь ты хоть семи пядей во лбу, в участковые не попадёшь. Так что многие инспектора вынуждены работать на износ, на два-три участка, поскольку нет подходящих кандидатур. Но мне и радостно, потому что с таким инспектором, как Пантелеева, вспоминаешь родных дядю Стёпу и Анискина. И понятно, отчего пока не дают зеленый свет на перевод в другие подразделения, почему ее отсюда не отпускают. Ведь Татьяна - золотой кадр с огромным опытом работы, психолог, следователь и участковый "в одном флаконе".
Юрий ДОРОНИН
Фото автора